Ольга ПЕРЕВЕРЗЕВА

Родилась 3 марта 1969 года в Минске в семье художника папы и красавицы мамы. После чего родители увезли меня со старшим братом в родную Сибирь, город Омск. Там и прошли самые светлые и счастливые первые годы. Ходить и говорить научилась именно на русской земле. Поэтому переезд в Белоруссию позже не оставил заметных перемен в произношении. Белорусский считаю вторым языком и приобретенным, а потом, после школы, и утерянным для себя в общении с внешним миром и собой.

Папа, Переверзев Владимир Иванович, был художником-пейзажистом и превосходным чеканщиком. Никогда не видела его в плохом настроении, серьезным и ничем или никем не увлеченным. Он подарил мне свое личное и самое красивое целое сибирское небо. В детстве подворовывала и ела краски в папиной мастерской и, как говорил папа, различала цвета больше на вкус, чем по оттенкам.
Мама, Переверзева Лидия Мартиновна, была 200% красавица-коммунистка, душа всех компаний и певунья страстная. Была начальником и парторгом, поэтому в угол – за провинности – меня с братом ставили с журналом «Коммунист» или материалами съездов ЦК КПСС. Их тогда, слава богу, всем хватало.

В доме любили праздники и всегда умели их проводить с шумом. Чаще всего пели песни Вахтанга Кикабидзе и Нани Брегвадзе. Календари с Бубой висели долгие годы по всему дому, поэтому и по сей день считаю его членом нашей семьи.
Бабушка Варвара Амбросиевна из Сибири была своенравно властная из-за обиды на Советскую власть и, видимо, поэтому всю жизнь не работала. Ее главной работой были мы – я и мой старший брат Вова, «белорусские подкидыши», как говаривала в сердцах бабушка Варвара, когда мы отказывались собирать в ее саду облепиху с колючих веток. Да и других поводов было, похоже, предостаточно… Но мы все равно от бабушки Варвары благодарно не отлипали.

Бабушка из Белоруссии – Ольга Ивановна, крепкая самозабвенная полешучка, была безвозвратно религиозная, неграмотная, но, до хруста в позвонках, самодостаточная. Она руководила в свободное от штопанья, выпекания и напевания время всем миром легко и с удовольствием. Израиль, как государство, она отрицала, ругала и не принимала, но каждого отдельно взятого еврея, попадавшего на территорию ее (и соответственно нашей) жизни, любила, как родного. Когда умерла ее долгие годы лучшая подруга-соседка Софья Моисеевна, бабушка Оля, три дня проплакав, грустно, но с какой-то завистью сказала: «Видать, к еврейскому Богу – путь короче». Через год они встретились. Я очень на это надеюсь, потому что мы с братом положили нашей бабушке Оле в гроб дивно диковинные цветастые шерстяные чулки Софьи Моисеевны, обнаружив их в традиционной для старых людей ритуальной коробке «на смерть» в бабушкином шкафу.

Вопрос национальности в семье всегда имел какую-то загадку и особенности, которые мне не ясны были никогда, впрочем, как и всем членам моей чудесной семьи, по-моему. Наверное, им всегда нужен был кто-то виноватый (но почему-то из какого-то другого народа, и, надо отметить, «другим народом» были всегда разные представители национальностей, но, к счастью, всегда ненадолго).

В семье практиковались телесные наказания. Били с пролетарским размахом, бамовским огоньком и с нездешним энтузиазмом ремнем  (чаще розового цвета) за очень большие грехи, равно как и за маленькие погрешности… Бабушка говорила: «Бить и бить. Послушать – дышит – и снова бить»…Сейчас с благодарностью понимаю: мало били. А вот розовый цвет с тех пор не люблю, как яблоко червяка.
Родители и бабушки могли мирно сосуществовать только для внешнего и гостевого взгляда. Все четверо имели свой характерный железный принцип и, так как прикладывать его друг к другу не представлялось возможным,  все разом и по очереди обращали нас с братом в свою веру по отдельности, но регулярно и настойчиво. Из чего выросло превосходное умение быть всегда разной и, наверное, непредсказуемой (не люблю предсказуемых  и одинаково запрограммированных людей). Для отражения родительского семейного натиска воспитания, любви и требований мы срослись с братом одной маленькой, но гордой и крепкой стеной, что и сохранялось последующие сорок лет в наших с ним отношениях.

18 февраля 2010 года брат Вова погиб. Пятнадцать дней в ожоговой реанимации. Безрезультатно. Это очень свежий рубец. Память о нем, действительно самом дорогом и очень близком по духу человеку, стала для меня увечьем и раной, не совместимыми с жизнью. Старший брат Переверзев Владимир Владимирович – щедро одаренная личность наследственными талантами: писал песни, стихи для детей, имел неоспоримый художественный и музыкальный дар (дед Мартин был музыкантом), а также как и все Переверзевы, упрямый характер. Именно Вова научил меня когда-то слушать Высоцкого, Битлз, Машину Времени, Кузьмина и т.п.,  а не девчачьи охи-ахи. За что я ему и благодарна. С ним, вместо слезливо-пряничного одомашивания капризно неприступных пластмассовых куколок, я играла в хоккей, футбол, теннис, волейбол, баскетбол, ходила плавать на речку, гоняла на велике, коньках, лыжах. Уметь пришлось все, за исключением чего бы то ни было спокойного, то есть – для нормальных девочек.

Весь этот суматошный разнонаправленный карнавал и являлся моей родной семьей, откуда я вышла непреклонно упрямой, практически бескомпромиссной, с четким неумением просить, жаловаться и объяснять свои решения. В общем, с неуместным иногда комплексом породы победителя.

Волевым решением мамы поступила в специализированную школу с английским уклоном и с успехом и удовольствием ее закончила, еще не зная, насколько дальше в жизни действительно пригодится английский язык. С 7 лет до 19, как нормальный ребенок, приехавший из Сибири, занималась лыжными гонками. Стайерские дистанции 10 и 15км. Мастер спорта по лыжным гонкам и член экспериментальной молодежной сборной БССР с 1986 по 1989гг. С командой (соревнования и сборы) объездила весь Кольский полуостров: Мурманск, Апатиты, Мончегорск, Кировск, Полярные Зори, Имандра. Города со вкусом рыбы, бедности, моряков и рудников остались в памяти навсегда. Сопки, 50ти градусный мороз, отмороженные ноги, щеки, вкус морошки и эвакуированные в шубы северные люди – воспоминания юности. Также как и летние сборы в Армении, в горах с 35-ти градусной жарой и странными розовыми домами Еревана, с наглыми, но веселыми продавцами мороженого и шашлыков в каждой подворотне. Дома была редко, поэтому любить родню наездами и издалека письмами и телеграммами было незатруднительно. Но всегда честно по ним скучала.

После 8 класса поступила в Минское педучилище №1, которое закончила с нагрудным значком «Лучший по профессии» (Психология и педагогика). Попутно получила два свидетельства с отличием в Республиканском Образовательном Центре «Разговорный английский язык» и «Современный английский язык». А также три сертификата (в разные годы) об успешном окончании курсов «привозных», или, лучше сказать, заезжих техасских преподавателей «Практический разговорный английский» и «Английский бизнес курс».
    В 17 лет получила первое предложение замуж. Мама и бабушка были очень «за» и ждали мое уступчивое «да». Я отказала. На меня попытались нажать, но я, в знак категорического «нет», вышла на улицу и приморозила язык к металлическим качелям. Бабушка, как нервный парламентарий, вышла во двор с ремнем и чайником, а также с предложением умнеть или оставаться примороженной так до весны. До весны в тот день было далеко, поэтому пришлось умнеть в сжатые сроки. Бабушка, придя домой, сказала маме сакраментальную фразу: «Лида, у всех девок – мечты, а у нашей дряни – характер». Замуж я тогда так и не вышла. Зато неоспоримым вердиктом (или больше диагнозом) бабушки была избавлена от несносных и ненужных самоубиваний и самокопаний на будущее при возникновении вечно мучительного вопроса: «Почему со мной это происходит?» Спасибо им, родным, любимым и правдивым.

С этого места – другая жизнь. В 1989 г. от рака умирает мама. Быстро, тяжело, внезапно. Мне 19лет. В одночасье и бесповоротно оставляю спорт (больше никогда и до сегодняшнего дня не вставала на лыжи). Поступаю (так как обещала маме при жизни) в Пединститут (Психология). Следом, словно сговорившись, через небольшие промежутки  безразличного ко всему времени умирают бабушка Оля, папа, бабушка Варвара (все от рака и все тяжело и мучительно). Мы остаемся с братом одни и нам нужно быть взрослыми…

После распределения отработала три года по специальности и ушла в жизнь, как река в море, без оглядки и сожалений. Работала: воспитателем в детском саду, секретарем-референтом, офис-менеджером, продавцом промышленных товаров, психологом-консультантом, переводчиком, частным репетитором по английскому языку, сиделкой для неходячих больных, домработницей…никем не работала…разное пережила…стала такой, какая есть: Ольгой Переверзевой. Но еще не той, какой, видимо, хотелось бы…

1999 – первая публикация в республиканских СМИ. Первый рассказ. Сотрудничала несколько лет с различными изданиями: короткая проза, эссе, статьи по психологии социума. «Воскресная Толока», «Я – Женщина», «Подружка», «Женский калейдоскоп», «Женский Журнал», «Я – Мама»… Первые поэтические подборки появились в печати спустя пару лет. Литературные издания: «Немига литературная» (Беларусь), «Неман», «Московский литератор» (Москва), «Российский колокол» (Москва), «День и ночь» (Красноярск). Соавтор Антологии «Современная русская поэзия в Беларуси» 2003г, а также книги поэзии молодых литераторов Беларуси «Мы – молодые» 2012г., автор поэтических сборников «Имя на память» 2006г («Обожженными губами» и «Узкая лента» в переиздании 2010г), «Амальгама судеб» 2010г., «Невидимые птицы» 2011г., «Тёмный полёт» 2013г., автор книги короткой прозы «За спиной зимы» 2011г., 

Чтобы заработать деньги на первый персональный сборник работала в Германии в Мюнхене у немецкого режиссера Харди Мартинса (Студия «Каскадер») переводчиком и по совместительству поваром, уборщиком, садовником и выгуливателем хозяйской собаки. Точнее – «чем-кем-попало-и-куда-пошлют». Действительно, рабство за тысячи лет не изменилось и не стало цивилизованней ни на йоту. С тех пор Германию в целом принимаю (как внучка Победителя), но каждого отдельно взятого немца не люблю (как внуков и сыновей побежденных). В общем, традиционно, как и у моей бабушки когда-то с государством Израиль, только в  обратном порядке или перевернутом виде.

Участник-гость программы на канале СТВ в 2005 г. «Откуда растут стихи», персональный творческий вечер в БГУ в 2008 г., гость «Просто программы» ТК «Лад» 2009 г, посвященной творчеству О. Переверзевой. Член союза писателей Беларуси, член союза писателей России.
Люблю неравнодушных людей и запоминающиеся события. Также как и люблю: мосты, воздушные шары, воду в любом проявлении, качели, сувенирных рыбок и ангелочков, зефир в шоколаде, умные книги, интересные фильмы, одиночество и людей…
Не люблю, но могу сосуществовать, не замечая, наверное, все остальное, что не вошло в предыдущие три строки…
 С уважением, ваша Ольга Переверзева 





Оля часто бывает в Питере, творческие вечера с ее участием неоднократно проходили в редакции журнала «Невский альманах». Здесь же состоялась и презентация последнего сборника стихов, который вышел в издательстве «Стелла».

Встречи с белорусской поэтессой  Ольгой Переверзевой  всегда интересны и долгожданны. Милости просим, Ольга Владимировна, в наш город!